Результаты многолетнего наблюдения, в котором участвовало более четырехсот шестидесяти одной тысячи добровольцев, представили специалисты Фуданьского университета.
На протяжении тринадцати лет исследователи собирали данные, чтобы понять, как привычка пить кофе сказывается на склонности к тревожности и подавленному состоянию. Итоги этой масштабной работы были опубликованы в научном издании.
В начале эксперимента ни у одного из участников не было выявлено психических недугов. Сопоставляя повседневные привычки людей с последующими переменами в их самочувствии, авторы работы обнаружили, что связь здесь не является прямолинейной. Наилучшие результаты показала та группа, чей ежедневный рацион включал две-три чашки этого напитка. У этих испытуемых риск столкнуться с тревожными и депрессивными проявлениями оказался заметно ниже по сравнению с остальными.
При этом полный отказ от кофе действовал противоположным образом: у тех, кто вовсе не пил этот напиток, показатели были хуже. Однако самая явная негативная динамика наблюдалась у любителей чрезмерного употребления — тех, кто выпивал пять чашек и более в сутки. Выявленную закономерность ученые описывают как J-образную кривую, где умеренные дозы дают оптимальный результат, а любое отклонение в сторону избытка или полного отсутствия ведет к ухудшению.
Важно, что вид кофе не имел решающего значения. Защитные свойства отмечались независимо от того, предпочитал ли человек зерновой, растворимый вариант или даже напиток без кофеина. Вместе с тем исследователи обратили внимание на то, что у мужчин эта взаимосвязь прослеживалась более отчетливо.
Чтобы выводы были как можно более точными, специалисты приняли во внимание сопутствующие факторы: возраст испытуемых, их образование, физическую активность, а также наличие иных заболеваний. Тем не менее авторы работы делают важную оговорку. Полученные данные свидетельствуют лишь о наличии взаимосвязи, но не доказывают, что именно кофе служит прямой защитой для психики. К тому же сведения о привычках участников фиксировались только в самом начале наблюдения, а возможные изменения в образе жизни за последующие тринадцать лет не отслеживались.
